Садовников Георгий / Спаситель Океана, или Повесть о странствующем слесаре

   Георгий  Садовников.
    Спаситель Океана, или Повесть о странствующем слесаре.
 
    ГЛАВА ПЕРВАЯ,
    в которой я встретил своих тезок
    - Ты, Вася, атакуешь с флангов.  Сразу  справа  и  слева,  -  шепнул  мне
 Феликс. - Ты, Яша, возьмешь его в кольцо, - так же негромко  скомандовал  он
 своему двоюродному брату. - А я наступаю по всему фронту! Поняли все?
    Мы с Яшей ответили, что нет ничего проще. В другое, менее  бурное,  время
 каждый из нас еще бы подумал, может ли человек один  атаковать  и  справа  и
 слева одновременно и тем более брать противника в кольцо. Но в эти необычные
 минуты нам все было нипочем - море по колено.
    Мы медленно, сладострастно окружали этого захватчика,  этого  крестоносца
 из соседнего двора.  Мы  шли  на  него  грозной  цепью  ратников  Александра
 Невского. Он был выше нас на целую голову и шире в плечах  и  мог  бы  легко
 расправиться с каждым поодиночке. К тому же наш враг обладал еще одним очень
 важным преимуществом. Он был хулиган и мог вести себя некрасиво, а  мы  были
 типичные хорошо воспитанные дети. Свои преимущества  хулиган  демонстрировал
 всякий раз, когда совершал опустошительные набеги  на  наш  двор.  Я  говорю
 "опустошительные", потому что двор моментально пустел, когда он появлялся  в
 воротах. Того же из нас, кто,  зазевавшись,  все  же  попадал  ему  в  руки,
 хулиган водил по двору за нос или больно щелкал по лбу.
    Вот и сегодня этот охотник думал застать нас врасплох, как всегда, но  на
 этот раз мы встретили его железными рядами, сомкнувшись плечом к плечу.
    Это придумал Феликс вчера, когда мы отсиживались на чердаке,  разглядывая
 малиновые Яшины уши. Хулиган загнал быстроногого Яшу в конец двора,  в  угол
 между сараем и мусорным ящиком, и, зажав  Яшину  голову  немытыми  ладонями,
 "показал ему Москву". Положение наше  становилось  ужасным:  хоть  вовсе  не
 выходи гулять во двор.
    Мы молча сидели на древней, пропитанной  пылью  кушетке,  погрузившись  в
 унылые раздумья,  и  вдруг  Феликс  вскочил  так  живо,  что  вялые  пружины
 зазвенели сразу помолодевшими голосами, а кушетку окутало облаком пыли.
    - Вася, ну-ка стань сюда. А ты, Яша, туда, - сказал деловито Феликс.
    Я встал рядом с его левым плечом, Яша - с правым.
    - Ближе, ближе еще! - скомандовал Феликс, и наши плечи сомкнулись.  -  Ну
 что? - спросил торжествующе Феликс.
    Я почувствовал себя сильным и смелым, способным отбить  нападение  любого
 врага. То же самое творилось и с Яшей.  Мы  поняли,  что  когда  мы  вместе,
 плечом к плечу, нас не одолеть  даже  самому  страшному  хулигану.  Мы  были
 настолько возбуждены, что  тотчас  спустились  сомкнутым  строем  по  черной
 лестнице и вышли во двор. Но хулиган уже удалился, насытившись победой.
    Мы все равно  промаршировали  через  двор  к  воротам,  упиваясь  всласть
 ощущением своей силы. И тут Яша произнес тревожным голосом:
    - Ребята, а как быть с моральной стороной?
    - Что ты имеешь в виду? - удивился Феликс.
    - Драться же некрасиво, - сказал Яша с упреком, будто драться с хулиганом
 собирались только мы с Феликсом, а он сам даже не помышлял об этом.
    И все же он был прав. Хорошо воспитанные дети  не  имели  права  драться,
 потому что драться - плохо. Этому учили нас взрослые каждый день.
    - Значит, и наши дела тоже плохи, - сказал я,  ощущая,  как  возвращается
 прежнее чувство беспомощности перед могучим хулиганом.
    Но оказывается, в моих горьких словах  таилась  ценная  мысль.  И  Феликс
 тотчас подхватил ее и развил глубже.
    - Да, выходит плохо и так и  этак,  -  сказал  он  задумчиво.  -  Как  ни
 поступи, все будет плохо. И третьего выхода у нас нет. Ну, а  если  выбирать
 между двумя плохими делами, то уж  лучше  остановиться  на  первом.  Как  вы
 думаете, ребята?
    Совершенно случайно мы с  Яшей  подумали  точно  так  же,  и  это  редкое
 совпадение возродило в  нас  угасший  было  боевой  дух.  И  стоило  сегодня
 хулигану  вторгнуться  вновь  на  священную  землю  нашего  двора,  как  мы,
 прижавшись плечом к плечу, смело двинулись навстречу врагу. Г Мы знали,  что
 впереди нас ждет расправа, что хулиган переловит нас поодиночке  потом  и  с
 лихвой воздаст каждому за этот черный для него день. Но мы были готовы и  на
 большие жертвы ради минуты благородного мщения.
    И еще нас вдохновляло присутствие прекрасной дамы. Рыжая Зоя,  забыв  про
 бутерброд с яблочным джемом - он замер на  полпути  к  ее  большому  рту,  -
 следила за нашими действиями из окна своей квартиры на втором этаже.
    У каждого порядочного рыцаря должна  быть  своя  дама  сердца.  Иначе  он
 липовый рыцарь. Так писали сведущие люди. А мы, признаться, считали  себя  в
 душе истинными рыцарями, и потому каждый из нас тоже завел себе даму сердца.
 Причем наши вкусы поразительно совпали. Это объяснялось  тем,  что  в  нашем
 доме жила всего одна девчонка, и это была рыжая, украшенная веснушками  Зоя.
 Поэтому у нас не было никакого выбора, и девочке страшно повезло: она  стала
 дамой сердца сразу трех благородных рыцарей, которые то и  дело  соперничали
 между собой.
    Правда, к ее чести нужно сказать, что она не  задирала  нос  оттого,  что
 стала сразу тремя дамами сердца. Зоя бегала с нами по улице,  и  в  ее  руке
 вечно торчал бутерброд с яблочным джемом, и  она  вообще  была  бы  свойским
 человеком, если  бы  не  воображала  из-за  своих  бутербродов  и  хоть  раз
 позволила откусить кусочек. Мы знали, что это у нее не от  жадности.  Просто
 она считала нас  еще  недостойными  такой  высокой  чести.  Но  когда-нибудь
 настанет момент, и рыжая Зоя скажет  сама  своему  лучшему  рыцарю:  "Хочешь
 откусить?"
    И вот сейчас представлялся прекрасный случай отличиться в ее глазах.  Мое
 воображение тут же нарисовало роскошную картину: я вырываюсь вперед и еще до
 подхода основных сил в лице Феликса и Яши говорю хулигану: "Вы  своенравный,
 злой мальчик, можно представить, как трудно вашим родителям",  а  он  рычит,
 как в кино: "Я тебя уничтожу, несчастный" - и  протягивает  к  моему  вороту
 свою ужасную лапу. Зоя роняет свой бутерброд джемом вниз и закрывает в ужасе
 свои прекрасные коричневые глаза, не совсем, конечно, иначе как же она затем
 увидит собственными глазами мою полную победу над могучим хулиганом; и  вот,
 когда уже страшная лапа хулигана неумолимо приближается к моему воротнику, я
 тоже, как в кино, с  насмешливой  улыбкой,  подчеркивающей  пренебрежение  к
 смерти, с безумной личной храбростью бросаюсь головой в живот хулигана;  тот
 восклицает:
 
    "Тысяча  чертей,  меня  победили!  Кто  бы  мог  подумать,  что  в   этом
 второкласснике столько богатырской силы!" - и с обвальным  грохотом  рушится
 наземь, а Зоя поднимает свои украшенные веснушками руки  и  кричит  на  весь
 двор: "Победил Вася Иванов!" И, выйдя во двор - наконец-то! - позволяет  мне
 откусить от своего божественного бутерброда с джемом.